Alma Mater
ISSN 1026-955X
Vestnik Vysshey Shkoly (Higher School Herald)
The best way to learn all about Higher Education

=

Пилим сук, на котором сидим. Проблемы сегодняшнего заочного ВПО

 

Представлен анализ современного состояния заочной формы получения высшего профессионального образования в России. Раскрыты негативные факторы, сложившиеся в заочном ВПО за последнее десятилетие.
Ключевые слова: высшее профессиональное образование, заочное обучение, мотивация, конкурирование ценностей, негативные последствия.
 
Образование я получил заушно. За уши тянули…
Из монолога Аркадия Райкина
 
Начнем с цифр. На начало 2010/2011 учебного года число студентов, обучающихся в вузах России по заочной форме ВПО, превысило 3,5 млн чел. [7]. Каждый второй студент в нашей стране обучается по заочной форме[1].
За период 2001—2011 гг. общее в число людей, которые в России числятся студентами, выросло в 1,5 раза, достигнув показателя в 7,05 млн. человек. За тот же период число студентов, обучающихся по заочной форме, увеличилось более чем в 2 раза [Там же].
Казалось бы, хорошо, что работающие люди тянутся к высшему образованию, повышают свою профессиональную квалификацию. Но такой вывод — результат очень поверхностного взгляда. Две трети выпускников вузов работают не по специальности, а более 5 млн. человек с вузовскими дипломами работают в самом примитивном секторе малого бизнеса — розничной торговле [6]. На всех уровнях говорится о проблеме «перепроизводства» дипломированных выпускников вузов, низком качестве их подготовки. А тем временем выпуск «заочников» различными типами вузов постоянно увеличивается: с 260 тыс. в 2000/01 учебном году до 778 тыс. в 2010/11 учебном году [8]. Значит, не так уж все и хорошо в ВПО.
Почти 800 тыс. дипломированных «заочников», выпускаемых вузами ежегодно, не меняют в положительном направлении ситуацию на «рынке квалифицированного труда».
 
Странная ситуация
 
Посмотрим, какова доля «заочников» в вузах разных форм собственности. Простейшие расчеты, выполненные на основе опубликованных данных [7], показывают, что на начало 2010/2011 учебного года в государственных и муниципальные вузах было 45% «заочников» от общего состава студентов. А в негосударственных вузах их доля составляла уже 75%.
В таблице приводится изменение соотношения «заочников» и студентов очной формы обучения («очников») в течение предшествующих десяти лет.
 
Таблица
Динамика изменения доли «заочников» в общем числе студентов
и загрузка преподавателей вузов по годам
 

 
Учебные годы
2000/2001
2006/2007
2008/2009
2010/2011
Численность студентов, тыс. чел.
Всего
4741
7310
7513
7050
в т.ч. «очников»
2625
3582
3457
3074
в т.ч. «заочников»
1762
3196
3541
3557
доля «заочников» от всех студентов
37,2%
43,7%
47,1%
50,4%
В государственных вузах
доля «заочников»
35,6%
39,9%
42,4%
45,4%
Число студентов на 1 преподавателя
16,1
18,4
18,2
18,0
В негосударственных вузах
доля «заочников»
51,6%
64%
69,6%
74,9%
соотношение «заочники/очники»
1,33
2,27
2,97
4,21
число студентов на 1 преподавателя
11,2
15,7
20,5
23,4
 
Странная получается ситуация. С одной стороны, и российская общественность, и авторитетные эксперты признают, что заочное образование является некачественным и его нужно «прикрывать» [1]. С другой стороны, в целом в системе ВПО «заочка» преобладает и меньше ее не стало.
Директор Института развития образования ГУ — Высшей школы экономики И.В. Абанкина дает пояснение этому: «Дело в том, что за бесплатные места на заочных и очно-заочных (вечерних) отделениях бюджет платит всего 10%. А вот платная «заочка» — весомая статья доходов для вуза. Поэтому многие на этом просто зарабатывают деньги, не заботясь о качестве образования» [2]. Очевидно, по указанной причине массовый набор студентов на «заушное» обучение продолжается [8].
Из таблицы видно, что даже в «тучные годы» (когда была благоприятная демографическая ситуация для отечественной высшей школы) основная ставка делалась на заочную форму. Лидерами этой гонки за «легкими деньгами» стали негосударственные вузы[2], а в абсолютных числах — государственные и муниципальные вузы, выдающие ежегодно более полумиллиона дипломов «заочникам».
Из таблицы также можно видеть, насколько «ресурсоемко» такое обучение. На каждого преподавателя вуза в РФ приходится от 18?ти до 23?х студентов — сравним: в США 7—8 студентов на одного преподавателя [9]. Очевиден вывод о том, в каком случае можно добиться лучшего качества обучения в вузе. Следует учитывать и то, что соотношение числа преподавателей к общему числу вспомогательного и административного персонала в российских вузах составляет 50:50. Это статистика.
 
Без знаний, но с дипломом
 
А что же происходит на самом деле, как реализуется заочное обучение в нашей стране сейчас? Формально общее число часов по учебным дисциплинам, согласно образовательному стандарту, одинаково у «очников» и «заочников». Иначе и быть не может — дипломы и тем и тем выдают одинаковые. Но при заочном обучении больше времени отводится самостоятельной работе студента, да и учеба продолжается на год больше.
На аудиторные занятия при заочной форме обучения нормативами отводится не более 160—200 часов в год. Это означает, что число часов, отводимых на аудиторные занятия, здесь в 5, а то и в 10 раз меньше, чем при очном обучении. При этом в большей степени «усекаются» учебные дисциплины общенаучного цикла, в т.ч. социально-экономические и естественно-технические (которые во многом являются базовыми), в меньшей степени — дисциплины профессионального цикла.
«Заочники» в межсессионный период выполняют контрольные работы, которые через деканат попадают на проверку преподавателям. «Заочники» приходят в вуз два раза в год в период лекционно-экзаменационных сессий. Вот тогда-то в интенсивном режиме, предельно сжато и по времени, и по объему учебного материала, для них проводятся аудиторные занятия. Это — лекции, носящие в основном установочный и обзорный характер, лабораторные занятия, которые имеют демонстрационную направленность, практические занятия, напоминающие групповые консультации по определенным темам. Затем — собеседование по контрольным и курсовым проектам (их защита) и теоретический зачет (или экзамен).
Такой режим работы предъявляет серьезнейшие требования и к студентам, и к преподавателям. Это при нормальном, конструктивном отношении студентов к получению ВПО. Но сейчас в стране доминирует иная мотивация — получение не образования, а диплома! При такой мотивации знания становятся ненужными.
Отличие «заочников» от студентов-«дневников» разительное. Первые более взрослые люди: и по возрасту, и по самоощущению. За семестр никто не приходит на консультации, контрольные работы списывают друг у друга, а многие заказывают их выполнение в многочисленных «фирмочках», объявления об услугах которых висят даже внутри вузов. Поэтому большинство «заочников» совершенно не владеет материалом, изложенным в контрольной работе, сдаваемой на проверку преподавателю. Учебники читать стало «непринято» даже у «дневников», а уж тем более их не читают «заочники». Знаний по изучаемым в вузе дисциплинам у «заочников» в большинстве случаев нет, а при ответах они руководствуются в основном «здравым смыслом».
Переход к рынку ввел дополнительные коррективы. Наряду с бесплатным обучением на бюджетных местах заочного отделения появилась возможность для платного (внебюджетного) обучения. При этом число «заочников», работающих по специальности, на некоторых направлениях подготовки составляет единицы (в лучшем случае). Цель у большинства — получение диплома с минимальными усилиями. И это настоящий, легальный диплом, а не неведомо какой, купленный в подворотне! Причем легально же оплаченный!
 
О тех, кто обучает
 
А теперь — о преподавателях. Уже в конце советского времени за учебную «нагрузку» по заочной форме обучения между преподавателями кафедр проходили «бои местного значения». В такой «нагрузке» был свой резон: с взрослыми студентами проще договориться, только не надо их «заморочивать» теориями. Как не надо «заморочиваться» и самому преподавателю. И «часы» отработал, не напрягаясь, и контакты с «практиками» установил.
Кроме того, платное (внебюджетное) обучение «заочников» дает преподавателю возможность хорошо и достаточно легко заработать, не бегая для «подработки» по разным вузам. Это — внутреннее совместительство, оплачиваемое по почасовому тарифу на основе специального трудового соглашения, заключаемого в письменной форме между вузом и преподавателем. Это дополнительный заработок для преподавателя, дающий до половины основной ставки, а порой и больше. Работа с «заочниками» по трудозатратам считается более легкой, чем чтение лекций студентам дневного отделения.
Поэтому-то в иногородние филиалы из базового вуза для проведения занятий с «заочниками» в первую очередь выезжает заведующий кафедрой, затем — ведущие профессора (если возраст позволяет) и наконец — доценты, имеющие наиболее прочные позиции в кафедральной иерархии. КПД таких поездок весьма велик: за однодневную поездку преподаватель имеет до 20-ти часов аудиторных занятий, а также принимает курсовые работы и экзамен в одной-двух группах.
То же происходит и в базовых вузах, которые имеют собственных «заочников» (как бюджетных, так и коммерческих). Здесь сессионный процесс идет чуть менее интенсивно и более упорядоченно. Но и здесь преимущественное право доступа к «кормушке» имеют преподаватели, наиболее приближенные к руководству кафедры.
Если преподаватель работает с «заочниками-платниками», он, хочет или нет, должен следовать негласным правилам компании, нанимающей его на работу. А эти правила предельно просты — коммерческая обучающая «программа» вуза должна приносить прибыль.
Вот, например, типовая ситуация. Студент-заочник (или студенты данной группы) элементарно не знает изучаемого предмета. Как поступит преподаватель на экзамене, поставит ли «неуд»? Но пусть «неуды» поставлены. Проследим возможные последствия.
Вариант первый. Администрация в лице руководителя (завкафедрой, декан) спросит: «В чем дело? Студент контрольную работу сдал, обучение оплачивает, на экзамен пришел, а сдать не может»? Если таких студентов много, последует оргвывод: следующий раз эту учебную дисциплину у «заочников-платников» будет вести другой преподаватель. Ели же «пронесло», тогда что?
Тогда вариант второй. Отправил на пересдачу. На вторую… Ничего не изменилось! Отчислить! Всех, кто не знает «предмет»! Но вуз потеряет деньги, а студент пойдет в другой вуз, где проще, а свои «корочки» получит.
Подобная ситуация и с бюджетными «заочниками». Только здесь «на кону» — сохранность контингента студентов, от числа которых зависят и финансирование, и численность управленческого персонала (деканат и др.) вуза.
Вот и получает студент свои «удовл.» или даже «хор.»; преподаватель свою зарплату, руководители программы свою «львиную долю», вуз свои отчисления; довольно и «чиновничество» вуза. По сути дела, идет «игра» негласной договоренности между преподавателями и студентами: «вы делаете вид, что учитесь, а мы делаем вид, что учим».
И уже невозможно понять, «кто первым начал». Эта деструктивная игра стала выгодна обеим сторонам.
 
Можно много говорить о причинах, в т.ч. материальных трудностях, которые двигают на это вуз и преподавателей. И заставляющих преподавателей не только «толкаться локтями» ради «почасовой нагрузки», но и вести «борьбу на выбывание» со своими коллегами...
Но какое бы «оправдание» этому ни нашлось, важно понимание того, что мы сами «пилим сук, на котором сидим». Своими руками ведем разрушение отечественного высшего образования.
Вот и плодятся непонятные вузы, основное назначение которых — «продавать» дипломы, имитируя кипучую деятельность. На это соглашаются и солидные государственные учебные заведения. В негосударственных вузах по этой форме обучается до 75% студентов.
Всем все известно! Но вузы, в которых имеют место такие диспропорции между очным и заочным обучением, успешно проходят процедуру государственной аккредитации.
Но изменения намечаются. Санкт-Петербургский госуниверситет объявил о том, что с 2010 г. не будет принимать студентов-заочников. Причина, по словам официальных представителей СПбГУ, низкое качество образования на заочном отделении, которое, как сказано в заявлении вуза, «досталось в наследство от 1930?х гг.» [1].
Тогда же ректор МГУ им. М.В. Ломоносова В.А. Садовничий заявил: «Дать фундаментальную научную подготовку заочно невозможно ни в одной из областей знаний»  [Там же]. Показательно, что в МГУ, кроме факультета журналистики, «заочников» нигде больше нет.
Особенно жесткий удар по высшей школе был нанесен введением платного ускоренного обучения по заочной и вечерней форме. Следствием стала депрофессионализация преподавателей, задействованных в работе с этой категорией «платников» (и не отказавшихся от деструктивных «правил игры»). Депрофессионализация в том смысле, что здесь мы имеем не просто профессиональные деформации, а профессиональные деструкции, сопровождающиеся отказом от моральных принципов[3].
Это — тот случай, когда человек обладает необходимыми профессиональными знаниями, умениями, навыками и опытом, но ориентируется на искаженную, деструктивную систему ценностей. Им движет деструктивная направленность, примерами которой могут быть эгоцентризм, стяжательство и другие психологические феномены. Соответственно, он ставит деструктивные (общественно вредные) цели и использует деструктивные средства [4].
У личности с «рыночной ориентацией», по Э. Фромму, этика профессионала как нравственная норма подменяется этикой прагматизма. Это значит, что в условиях нравственно-психологического конфликта (конкурирования) между ценностями профессиональной морали и ценностями выгоды предпочтение отдается последним. И такого преподавателя уже трудно вернуть к конструктивным профессиональным ценностям.
Страшно то, что деструктивная мотивация, в целях психологической защиты объясняемая преподавателем на рациональном уровне («нас в такие условия поставили» «малой и несправедливой оплатой труда»), распространяется и на работу со студентами очного обучения.
 
Что же делать с заочниками
 
Не только чиновники Минобрнауки РФ, но и высшие руководители государства, призывая к реформированию отечественной системы ВПО, в качестве одного из аргументов указывают на то, что число студентов в России (в расчете на 10 тыс. населения) больше, чем в других странах. О корректности приводимых сравнений уже говорилось в предыдущих публикациях [5]. Здесь же мы подойдем с другой стороны.
Сделаем гипотетическое предположение, что «заочников» у нас среди студентов просто нет. Действительно, студентами их можно считать с большой «натяжкой». Посчитаем, каков же теперь получится показатель (численность студентов на 10 тыс. населения), если учтем только студентов очного обучения: в 2010/11 учебном году в России было только 213 студентов очного обучения, а в 2008/09 учебном году (год с самым большим числом студентов) — 243 студента. В расчете на 10 тыс. чел. населения это намного меньше, чем в США или странах Европы[4].
Здесь оппоненты наверняка скажут: при определении необходимого числа вузов и студентов в них следует исходить из потребности страны в квалифицированных специалистах. Но кто же возражает? Разве что тому, что декларируемые «инновации» и «нанотехнологии» не будут работать сами по себе.
Однако пойдем дальше в своих гипотетических размышлениях. Быть может, не будь у нас столь многочисленного контингента «заочников», в вузах возник бы большой избыток преподавателей? Результаты элементарных расчетов, выполненных на основе данных, публикуемых на официальном сайте Федеральной службы государственной статистики [7], обращают к таким размышлениям. Если учитывать только студентов-очников и относить их к числу работающих в вузах преподавателей, то получаем следующие показатели.
Для государственных и муниципальных вузов среднегодовой показатель (в расчетный период с 2001 г. по 2010 г.) составляет 9 студентов на одного преподавателя. Разброс показателей — от 9,7 студента (в 2006/07 уч. году абсолютный максимум) до 8,8 студента (в 2010/11 уч. году абсолютный минимум). Как видим, даже при такой раскладке численность студентов, приходящихся на одного преподавателя, остается на 20 % выше, чем в вузах США.
А вот для негосударственных вузов средний показатель числа студентов-очников, приходящихся на одного преподавателя, за тот же период составляет 5. Разброс показателей от 4,3 (в 2000/01 уч. году минимум) до 6,7 (в 2010/11 уч. году максимум, когда статистика не учла внешних совместителей; но это уже не те 23,4 (!) студента, которые приходились на одного преподавателя с учетом «заочников»).
Получается, что при отсутствии (в указанные периоды) «заочников» в государственных и муниципальных вузах были бы нормальные условия для повышения качества обучения на очном обучении: нагрузка тех же преподавателей снизилась бы до приемлемого уровня. Каждый преподаватель мог больше внимания уделить индивидуальной работе со студентами, а также имел бы возможность для повышения собственной квалификации. Кроме того, с полным правом можно было бы предъявлять к ним требования качества подготовки.
А пока это сделать невозможно: при плановой учебной нагрузке преподавателя в провинциальных вузах до 900 час. в год (на ставку) фактическое выполнение суммарной нагрузки достигает почти 2000 часов. Такая сумма набирается по всем формам обучения, включая перевыполнение «бюджетной» нагрузки, плюс нагрузка по внебюджетным «заочникам», для которых учебные часы проходят по отдельным трудовым договорам. Такая картина открывается для государственных и муниципальных вузов.
А что же, опять же гипотетически при отсутствии «заочников», получилось бы с преподавательской нагрузкой в негосударственных вузах? Оказывается, что при таком раскладе учебная нагрузка на преподавателя настолько бы резко упала, что можно было бы проводить почти индивидуальное обучение.
И тогда поднимается проблема «цены» обучения — и не только в денежном виде (плата за обучение, вносимая студентами коммерческих вузов), но и в виде требований к преподавателям с точки зрения квалификации и качества их труда уже в нормальных условиях. Ведь в этом случае и преподавателям пришлось бы менять свою мотивацию на конструктивную с точки зрения целей и миссии ВПО, в системе которого они работают.
И все же необходимо признать, что у нормального заочного образования есть свои плюсы. Один из них — опыт работы выпускников. Работодатели предпочитают молодых специалистов, уже поработавших по специальности. Поэтому учеба «без отрыва от производства» может дать студенту преимущество по сравнению с «очником».
Но при этом необходимо выполнение по меньшей мере трех условий.
1.         Обеспечение качества подготовки на заочном отделении.
2.         Соблюдение разумной пропорции между количеством «очников» и «заочников».
3.         Определенный перечень специальностей, для которых допустимы заочные формы. Список таких специальностей должен быть конкретен, обоснован и неширок.
Невозможно представить хирурга или даже стоматолога, обучавшихся этой профессии заочно. В гуманитарных и социально-экономических специальностях заочное образование можно сохранить. В некоторых случаях оно должно быть оправдано для получения дополнительного или второго высшего образования.
 
Заключение
В США и Западной Европе заочное обучение создавалось для предоставления возможности обучаться лицам с физическими недостатками, не имеющими среднего образования. Дипломы заочного образования сейчас там расцениваются ниже, чем дипломы очных форм обучения. Ныне в вузах США заочная форма предстает как редкое исключение, возможное только при освоении не более чем половины учебного плана бакалавриата; остальную часть придется пройти очно в течение летних сессий. И только после этого сдать финальный экзамен [3].
В нашей же стране именно «заочка» — единственная возможность получить высшее образование для детей малообеспеченных родителей из регионов и для военнослужащих. Есть множество и других непростых ситуаций, когда высшее образование необходимо человеку, который по разным причинам на дневном отделении учиться не может (проблемы со здоровьем и др.). Поскольку Россия декларирует переход на систему непрерывного образования, то без заочного обучения (с обновленной не только формой, но и сущностью) не обойтись.
В последнее время получают распространение аналоги заочной формы — дистанционное образование (Online-education), электронное обучение с применением дистанционных технологий (e?Learning), выходящие на новый уровень. Вступил в силу ФЗ «О внесении изменений в Закон РФ «Об образовании» в части применения электронного обучения». В законе даются определения понятий «дистанционные образовательные технологии» и «электронное обучение», уточняется процедура лицензирования образовательных учреждений, в которых применяются виртуальное образование и дистанционные технологии.
Но следует изначально признать, что дистанционное обучение не может в полной мере заменить очную его форму. Оно в большей степени подходит для переподготовки, повышения квалификации. И то лишь по ограниченному ряду направлений. Для получения полноценного ВПО требуется главное — живое общение с квалифицированными педагогами высшей школы. Основы профессионализма будущего выпускника формируются при взаимодействии с профессионалами.
 
Литература
1. Агранович М., Ивойлова И. Зачетка в конверте. Останется ли в стране заочное образование? // Российская газета. — № 5121 (42). — 2 марта 2010 г.
2. Борта Ю. Вузы без «заочки». Альтернативные формы образования надо улучшать, а не отменять // Аргументы и факты. — № 45. — 9 ноября 2011 г.
3. Быкова М.Ф. Мифы и реальность американского образования // Отечественные записки. — 2002. — № 1. — [URL]: http://www.strana-oz.ru/?numid=2&article=144
4. Дружилов С.А. Профессиональные деформации и деструкции как индикаторы душевного неблагополучия человека // Сибирский педагогический журнал. — 2010. — № 6. — С. 171—178.
5. Дружилов С.А. Демографическая «яма» в России и сокращение числа отечественных вузов // Современные научные исследования и инновации: Электронный научно-практич. журн. — Декабрь, 2011. — [URL]: http://web.snauka.ru/issues/2011/12/5749
6. Лесков С. Европе — бакалавров, родине — специалистов // Известия науки. — 10 июля, 2007. — [URL]: http://www.inauka.ru/education/78574.html
7. Образовательные учреждения высшего профессионального образования: Россия в цифрах. 2011. Табл. 8, 9 // Федеральная служба государственной статистики. — [URL]: http://www.gks.ru/bgd/regl/b11_11/IssWWW.exe/Stg/d1/08-09.htm
8. Прием в образовательные учреждения ВПО и выпуск специалистов с высшим профессиональным образованием // Федеральная служба госстатистики. — [URL]: http://www.gks.ru/bgd/regl/b11_11/IssWWW.exe/Stg/d1/08-10.htm
9. Система образования в США // Отечественные записки. — 2002. — № 1. — [URL]: http://www.strana-oz.ru/?numid=2&article=143


[1] Отметим, что в этом показателе учтены лишь студенты, обучающиеся исключительно по заочной форме («заочники»), без учета обучающихся по вечерней форме и в экстернате.
[2] В процентном отношении здесь 3 из 4?х студентов — «заочники».
[3] Для преподавателя вуза моральные принципы являются профессионально важным качеством.
[4] В 2010 г. число студентов очного обучения в сопоставимых единицах у нас было почти в 3 раза меньше, чем в США; в 2,5 раза меньше, чем в Польше и Румынии; почти в 2 раза меньше, чем в Великобритании, Турции, Испании; в 1,5 раза меньше, чем во Франции, Италии, Японии, почти на 40 % меньше, чем в Германии.